фото: AP

Максим Цветков (в центре).

Что происходит с нашим биатлоном? Об этом мы спросили двукратного олимпийского чемпиона Дмитрия Васильева.

— Вероятнее всего, спортсменов так «натренировали». И первые вопросы всегда к тренеру: что сделано неверно и почему результаты с каждым годом все хуже и хуже? Есть и организационные проблемы. В Союзе биатлонистов России допущены серьезные системные ошибки, которые привели к разбалансированности всей ситуации. Нельзя винить кого-то одного. Это общая, я бы сказал, командная ошибка. Надо садиться, детально разбирать прошедшие четыре года (олимпийский цикл. — Авт.) и анализировать, что было сделано не так. Без обвинений, в рабочем режиме. Обвинить кого-то проще всего. То, что свершилось, — уже свершилось. Надо думать, как действовать, чтобы в будущем не допускать таких ошибок и плачевных результатов.

— В чем заключаются эти ошибки?

— Все управленческие моменты надо разбирать по косточкам. Как правило, темные стороны всегда кроются в деталях. Эти детали и надо узнать, а только потом делать окончательные выводы.

— Если говорить о персоналиях, как вы оцениваете выступление Максима Цветкова в Тюмени?

— Зрители получили от его победы заряд положительных эмоций, а то они уже разуверились в красоте и непобедимости российского биатлона. Максиму удалось развенчать этот тезис. Честь ему и хвала, он молодец! У болельщиков появилась легкая радость.

— Результат Максима в Тюмени — только эпизод или есть надежда на будущее?

— Максим — чемпион мира. В его способностях никто не сомневался. Другое дело, что форма всей команды не предполагала такого результата. Он доказал, что наша сборная не развалилась. Его победа неожиданна, не запланирована. Думаю, он и сам ее не ожидал, но благодаря ей смог подтвердить свой статус одного из сильнейших биатлонистов планеты.

— Уже не первый сезон очень неровно выступает Антон Шипулин. В чем причина его нестабильности?

— Как мне представляется, проблема в связке «спортсмен—тренер». Это мое субъективное мнение, но тандем у них не самый удачный. Вспомните, каким был Шипулин четыре года назад. Сейчас регресс налицо: все хуже и хуже от сезона к сезону. Он выступал с заделом, на импульсах сезона-2014/2015. В 2017-м он выступал еще более или менее нормально, а в этом году уже не хватило сил. Не надо искать что-то лучшее. Известно же, лучшее — враг хорошего. Надо хорошее, прежнее возвратить.

— Что мешает перейти к другому тренеру?

— Ничего. Олимпийский сезон позади. Теперь все сядут за стол переговоров и будут вместе думать, что делать дальше, по какому плану работать.

— Нет ли угрозы, что Антон на волне негатива решит завершить карьеру?

— Это решать только ему. Конечно, сейчас отрицательные эмоции превалируют. Со спортсменом в такие моменты надо поговорить, найти весомые аргументы и объяснить: провальные периоды бывают у всех. Но Антон выигрывал и был в призах. Наложился и недопуск на Олимпийские игры. Катастрофы никакой нет, потенциал еще не исчерпан, он колоссальный. Просто надо внести коррективы в подготовку и двигаться дальше.

— Масла в огонь подливает доминирующий Мартен Фуркад. Он опять заподозрил Шипулина в употреблении допинга. Взаимоотношения спортсменов давно перестали быть ровными. Как реагировать на такое заявление?

— Когда люди не имеют конкретных фактов, но кого-то в чем-то обвиняют, я советую им посмотреть на себя в зеркало. Может, увидят там что-то неожиданное для себя. Такие разговоры — хороший способ заработать, привлечь к себе внимание спонсоров. Денег и пиара никогда не бывает достаточно. Он по максимуму пользуется своей узнаваемостью и популярностью.

— Обратимся к результатам России в женском биатлоне. Что не так со спортсменками? Или это опять какая-то системная ошибка?

— Здесь ситуация сложная. Резерв готовится недостаточно корректно, чтобы им пополнялась национальная команда. Да, это системная проблема. Детские тренеры выжимают из воспитанников все по полной программе, завоевывают все возможные награды — первенство планеты, вселенной, галактики и так далее… в результате ко взрослой команде они уже выжаты как лимон. Зато за этот период тренеры получают всё — медали, награды, зарплаты, премии… С этим надо серьезно разбираться. Детские тренеры сейчас вообще не думают, в каком состоянии и форме передают подопечных во взрослый спорт. Они не хотят ждать результата. Ведь никакой гарантии чемпионства нет. То есть тренеры полностью выхолащивают талантливых детей, которых надо беречь. А наши соперники — берегут: и немцы, и норвежцы… Так и у мужчин, и у женщин происходит. Женская команда — яркий пример этого. У нас полно талантливых девчонок. Но ко взрослой команде их надо подводить аккуратно, без форсажа. Вот что надо ломать и менять.

— Как решить эту проблему? Сменить руководство СБР?

— Надо действовать на законодательном уровне. Подготовиться и выходить с инициативой в Госдуму. Ведь такая проблема не только в биатлоне — в российском спорте в целом. Некого брать, все выхолощены. Тренеры решают свои локальные задачи.

— Есть ли на этом фоне что-то обнадеживающее в биатлоне в нашей стране?

— Россия не оскудела талантами. Хорошие спортсмены есть, но нужно поменять систему отбора. Не надо гонять детей на первенство мира, оно им ни к чему. Нечего там делать! Я бы запретил туда ездить. Для детей это колоссальный стресс. Они еще не сформировались, мало что умеют. И так везде, просто биатлон — наша родная епархия, поэтому о нем и говорим.

Тренерами становятся бывшие сервисмены, им поручают наш золотой юношеский резерв. Это никуда не годится! С детьми должны работать исключительно опытные специалисты.

Источник